Философская лирика

Высота Распрямится, словно птица, пусть душа моя взлетит, В вышине не усмирится, сердце радостно стучит. Облака — как вата, нежно, солнце ласково печёт, Этот миг — как свет надежды, что сомненья разобьёт.

Сердце степи Татарский народ — как степной ветер вольный, В нём гордость веков и душа колыбельная. Сквозь время и бури он шёл непреклонный, Храня свою речь и судьбу драгоценную.

Дракон в небе Китайцы верят в дракона, Что в небесах парит легко. Его могучая икона Хранит от зла их далеко.

Эхо пустоты Вокзал пустой, где тебя не видит глаз, Ты крик бросаешь в тишину, как в пропасть. Эхо разносится, играя с тобой, Но отклика нет — лишь холодный воздух. Надежда, что заметят, горит в груди, Но эхо улетает вдаль, не возвращаясь. Тут и там звучит твой голос одинокий, И снова ты один на этом вокзале.

Крик в пустоте На вокзале, где никто не видит тебя, Ты кричишь, надеясь, что кто-то услышит. Эхо разносится по залам и платформам, Но ответа нет — лишь эхо в ответ. Надежда тает с каждым отзвуком, Что заметят, поймут, протянут руку. Но эхо летит туда, где его не ждут, И ты остаёшься с тишиной наедине.

Дар без условий Бескорыстная любовь — не сказка и не миф, Она живёт в простых и тихих жестах, В заботе, что не требует наград, В улыбке, что согреет в час ненастья. Она не просит золота и славы, Не строит замков из пустых надежд, Она доверчива, как первая трава, Что пробивается сквозь зимний снег. Она не делит мир на «я» и «ты», Не ставит границ и не ведёт войну, Она готова раствориться в суете, Чтоб только близкому стало легче одному. Она не ждёт ответных обещаний, Не требует признаний каждый день, Она просто дарит тихое вниманье, Как луч заката в сумрачной тени. И пусть её не видят и не слышат, Не замечают в суете минут, Она всё равно светит тихо и красиво, Как звёзды, что в ночи не позабудут. Такая любовь — это сила и покой, Она не для расчёта, а для души, Чтоб в мире, где так много суеты и зла, Осталось место для простой и чистой жизни.

Последняя дорога Я еду к вам, друзья мои старинные, Где шум реки и запах тополей, Где в памяти остались дни былинные, Как свет в окне далёких фонарей. Последний раз я вижу эти дали, Где каждый камень помнит наш смех, Где мы когда-то счастье рисовали На карте детства, что не знала бед. Вот дом, где мы мечтали о победах, И двор, где ночь встречали до утра, И тропка к речке, что вела к обедам У костра, где пела гитара. Я обниму вас крепко, без печали, Хоть в сердце тихо шепчет: «Это — край». Мы вспомним всё, что время не украло, И слёзы смахнем, улыбаясь вновь. Пусть этот путь — последний и прощальный, Но в нём живёт наш молодой рассвет, Как эхо смеха, чистый и хрустальный, Что не умрёт, пока мы вместе есть.

В тисках смеха Я проклятая, жизнь смеётся надо мной, И этот смех звучит как приговор. Он обжигает душу до костей, Оставляя в ней лишь пустоту теней.

Молодость души Анна весела, танцует и поёт, Хоть ей шестьдесят четыре года — не стареет год. Любит жизнь своих внуков и сыновей, Свет её души сияет всё сильней.

Цветение Анна весела, танцующая, поющая, В шестьдесят четыре — душа её цветущая. Любит внуков и сыновей, их голоса, Счастье в каждом взгляде, в каждом чудеса.