Длинные стихи

Край родной В старинном селе, где столетние липы шумят, Где каждая улочка помнит шаги прадедов, Я слышу, как травы о прошлом тихо говорят, И сердце сжимается от знакомых, родных бесед. Здесь пахнет парным молоком и прогретым хлебом, Кричат петухи, и коровы идут на луг. Под небом бездонным, как в детстве, я счастлив небом, И каждый куст здесь мне самый надёжный друг. В часовне старой лампада мерцает во мгле, Иконы в окладе тускнеют от времени лет. А где-то вдали, на пригорке, как на игле, Дом отчий стоит — мой надёжный приют и обет. Здесь всё мне знакомо: и росчерк колодца с журавлем, И скрип ступенек на крыльце под ногой. Люблю это небо, залитое солнечным теплом, И каждый листок, что кружит над моей головой. Старинное село — моя боль и отрада, мой дом, Ты в сердце моём навсегда, как молитва и свет. И где бы я ни был, я вечно к тебе влеком, Здесь корни мои, здесь начало и вся моя жизнь без бед.

Родное село В старинном селе, где столетние липы шумят, Где каждая улочка помнит шаги прадедов, Я слышу, как травы о прошлом тихо говорят, И сердце сжимается от знакомых, родных бесед. Здесь пахнет парным молоком и прогретым хлебом, Кричат петухи, и коровы идут на луг. Под небом бездонным, как в детстве, я счастлив небом, И каждый куст здесь мне самый надёжный друг. В часовне старой лампада мерцает во мгле, Иконы в окладе тускнеют от времени лет. А где-то вдали, на пригорке, как на игле, Дом отчий стоит — мой надёжный приют и обет. Здесь всё мне знакомо: и росчерк колодца с журавлем, И скрип ступенек на крыльце под ногой. Люблю это небо, залитое солнечным теплом, И каждый листок, что кружит над моей головой. Старинное село — моя боль и отрада, мой дом, Ты в сердце моём навсегда, как молитва и свет. И где бы я ни был, я вечно к тебе влеком, Здесь корни мои, здесь начало и вся моя жизнь без бед.

Корни предков Село старинное, ты помнишь Шаги прапрадедов моих? Ты в луговых просторах тонешь, Храня сказанья дней былых. Вот церковь белая на взгорье, Кресты сияют в синеве. Здесь находил я в тихом горе Покой на скошенной траве. Сады в росе стоят устало, И яблоки кладут в подол. Здесь время будто бы пристало, Замедлив жизни произвол. Скрипит калитка на задворках, Гуляет ветер меж оград. В моих воспоминаньях зорких Ты — словно драгоценный клад. И пусть года бегут куда-то, Твой образ в сердце не стереть. Старинное село, как плата, Вручило мне — имений треть.

Закат над лесом Солнце садится. В печали, медленно шествуют тучи, застя кипящую ширь, распластавшись над шепчущим лесом. Солнце погасло. Все гуще тени под кронами сосен, дремлет, закутавшись в мох, ручья потускневшая влага. Ветер утих, и листва замерла в ожиданье прохлады, только кукушка вдали отсчитывает минуты. Словно природа сама надевает на плечи ограды, чтоб не тревожить покой этой вечерней минуты. Звёзды зажглись над рекой, отражаясь в воде серебристой, месяц взошёл и рассыпал по чёрной воде позолоту. Воздух пропитан росой, он прохладен и чист, как агат, шепчутся травы, готовясь к утру передать всю заботу. Где-то вдали, за холмами, проснулся забытый огонь, дымом струится к луне, унося с собой тайну земли. Я же стою на опушке, вдыхая вечернюю боль, и отпускаю свой день в бесконечную даль, где корабли утренних снов уплывают под шёпот ночного дождя, чтобы вернуться на рассвете, когда будет новый восход. Тихо ложится туман, всё собою обняв и сродня, в мир этот снова приходит покой, и душа оживёт.

Сумерки в бору Солнце садится. В печали, медленно шествуют тучи, застя кипящую ширь, распластавшись над шепчущим лесом. Солнце погасло. Все гуще тени под кронами сосен, дремлет, закутавшись в мох, ручья потускневшая влага. Птицы умолкли, лишь филин порой издаёт громкий крик, ветер улёгся в траву, притаившись в корнях у дороги. Мир погружается в сон, но не спит ещё древний старик времени, что застывает в мгновенье, стирая пороги. Сосны стоят, словно стражи, в безмолвном своём карауле, небо темнеет, и звёзды скользят по нему, как слеза. Тихо шуршит под ногами листва, и на этом ауле вечности я ощущаю себя, вглядываясь в небеса. Между стволами блуждает туман, словно призрак былых дней, что ушли безвозвратно в немую глухую темень. Только костёр мой трещит, разгоняя тревоги мои, и догорает заря, превращая ручей в драгоценный камень. Ночь вступает в права, укрывая всё чёрным плащом, спят муравьи и цветы, только я не могу уснуть. В этой тиши слышен шёпот миров, что лежат за плечом, и я шепчу им в ответ, чтобы путь свой домой отыскать.

Село моё Старинное село, любимое, родное, Ты шепчешь мне о прошлом, как живое. В тени берёз и старых, мудрых лип Здесь каждый камень — памяти уклад, И даже ветер, что листвой шуршит, Хранит легенды, что века молчат. Здесь дом стоит с резным крыльцом своим, Где дед сажал цветы перед окном, И пахнет сеном, мёдом и теплом, И звон ручья сливается со сном. А на закате, в золотой пыли, Дорога вьётся лентой вдоль земли, И колокольни слышен тихий звон, Зовёт на вечер, словно дивный сон. Здесь каждый знает каждого в лицо, И хлебосольство наше без конца, И в каждом взгляде — искренность и свет, Чего в больших городах, увы, уж нет. Старинное село, ты — света луч, Среди тревог и повседневных туч. Ты — корень мой, ты — вера и любовь, К тебе я возвращаюсь вновь и вновь.

Край отцов Старинное село, любимое, родное, Ты — отчий край, где всё мне дорогое. Здесь встарь крестьяне сеяли свой хлеб, Здесь лил свой пот и проливал свой гнев. Ты помнишь толчею на площадях, Когда базар гудел в семи ветрах. А нынче тишь и только поутру Петух встречает солнце на ветру. По улицам бредёт седой старик, В его глазах — столетий яркий миг. Он помнит всё: и радость, и беду, Как жили здесь когда-то на виду. Девчонки в сарафанах до колен Бежали в поле, покидая плен Домов, где пахнет щами и теплом, Где вечер коротают за столом. Люблю твои закаты и встаю С зарею, чтоб увидеть вновь твою Красу, что время, кажется, не тронет, Пока в душе частица рая тонет. Так пусть века проходят, не спеша, В селе старинном дышит вся душа. И каждый, кто хоть раз здесь побывал, Частицу сердца навсегда отдал.

Плачущий берег Дождь заунывно бормочет долгую, грустную сказку — сказку, рождённую в муках мрачно настроенной тучей. Берег кромсая, хнычет волна, жалуясь вслух на злодейство ветров, и из глубин ошалевшего леса птицы в паническом страхе кричат. Ветви гнутся под пошлым напором, словно под тяжестью старых утрат. Мир замирает в холодной агонии, краски уходят, оставив лишь тень. Капли стучат по листве обветшалой, вторят биенью дождливого дня. Небо устало роняет потоки, море вздыхает солёной тоской. Где-то вдали, за размытой дорогой, машет фонарик худой и босой. Слушай же, берег, о чём шепчут воды: в каждой волне — возрожденья заря. Даже когда всё вокруг замирает, жизнь продолжается, вечно паря.

Осенняя сказка дождя Дождь заунывно бормочет долгую, грустную сказку — сказку, рождённую в муках мрачно настроенной тучей. Берег кромсая, хнычет волна, жалуясь вслух на злодейство ветров, и из глубин ошалевшего леса птицы в паническом страхе кричат. Чёрные лужи глотают дождинки, слёзы небес, что с порывом летят. Листья кружатся в безумном танце, ветер срывает последний покров. Стелется туман над водой, словно дыханье продрогших веков. Только вдали, за туманом и влагой, теплится свет от ночного окна. Кто-то там ждёт, забыв про усталость, чтобы прогнать эту хмурь дотемна. Слушай же, сердце, осеннюю повесть: в каждой слезинке — грядущий апрель. Даже когда равнодушна природа, внутри нас теплится жизни качель.

Отцветают сады Отцветают сады, и лепестки, Как снежинки, летят на траву. Аромат уходящей весны Я с дыханием тихим вдохну. Облетает сирень, и сирень Пропитала дождём и теплом. В этот грустный прощальный день Мы с тобою вдвоём под зонтом. Отцветают сады, и вдали Где-то птица поёт о былом. Мы любовь до зимы сберегли, Но расстаться приходит черед. Отцветают сады, но в душе Остаётся их вешний мотив. И на новом, пустом этаже Я храню этот нежный изгиб.

Последний взгляд весны Отцветают сады, и вишнёвый снег Закрывает тропинки двора. Этот белый и нежный побег Умирает — ему же пора. Шелестят лепестки под ногой, Ветер гонит их вдаль по реке. А весна, как шальной конвой, Уже держит путь налегке. Мы стоим у калитки вдвоём, Ты роняешь цветок на ладонь. Отцветает всё, что живём, Остаётся лишь малая горсть. Кружат в воздухе белые сны, Закрывая последний просвет. Отцветают сады до весны, И другого спасения нет.

Весна уходит Весна уходит, тает вдалеке, И лепестки кружат на ветерке. В саду сирень роняет свой наряд, И соловьи прощально не молчат. Ещё вчера всё зеленью цвело, И солнце грело, в окна к нам пекло. Сегодня же прохлада и туман, И дождик моросит, как из-под крана. Ушла весна, оставив нам мечты, И ароматы свежей красоты. Мы провожаем этот дивный миг, Вдыхая с грустью нежный, слабый крик. Но знаем мы: за летом вновь придет Другая жизнь, и время не уйдет. Весна вернётся, снег растает вновь, И в сердце возродится к миру любовь. А пока стоит прощальная пора, Когда природа смотрит из окна. Мы в памяти храним весенний свет, И ждём, когда наступит новый бред.

Прощание с весной Вот и весна уходит на покой, Помашет нам зелёною рукой. Цветы роняют лепестки в траву, Как будто шепчут: «Я ещё живу». Ещё вчера гремели соловьи, А нынче стихли песенки свои. Лишь ветер гонит облака гурьбой, Прощаясь с этой вешней красотой. Уходит май, и с ним уходит свет, Который дарят нам двенадцать лет. Но каждый год, как в первый раз, весна Приходит к нам, и вновь душа ясна. Мы провожаем этот нежный миг, Как будто бы последний материк. В душе печаль, но светлая она, Ведь осенью она нам не страшна. Весна ушла, но в памяти живёт, Как первый поцелуй, как сладкий мёд. Мы ждём её, и знаем: через год Она опять к нам в гости придёт.

Свет уходящий На горизонте, в блеске растворенном, Лик Солнца врезался в простор — В немых долинах, по пустынным окнам Ко сну отходят люди с этих пор. И в том, как тени падают косые, Как звезды совершают свой подъем, Рождаются гармонии ночные, И в негу погружаемся со сном. Стихает гул, смолкают голоса, Лишь ветер гладит тихо листву. Луна взошла, и в капельках роса Рисует свет на каждом поутру. Так каждый вечер, полный тишины, Нам дарит отдых и покой. И мы, как будто с неба зачарованны, Встречаем ночь с открытою душой.

Ночная гармония На горизонте, в блеске растворенном, Лик Солнца врезался в простор — В немых долинах, по пустынным окнам Ко сну отходят люди с этих пор. И в том, как тени падают косые, Как звезды совершают свой подъем, Рождаются гармонии ночные, И в негу погружаемся со сном. Уходит день, оставив полутона, Мерцает первый свет в тиши. Земля, в прохладу вечера влюблена, Хранит дыханье каждой из вершин. А мы, забыв тревоги и сомненья, Внимаем шорохам и снам. Плывут созвездья в ритме откровенья, Даря покой безмолвным небесам.

Последний вздох весны Уходит май, и с ним уходит свет, Что так щедро дарили нам цветы. Весны прекрасной больше с нами нет, Остались лишь пустые суеты. Ещё вчера был слышен птичий гам, И воздух был пропитан лепестками. Сегодня тихо, по сырым лугам Бредут туманы серыми рядами. Кусты шиповника роняют свой наряд, Как будто плачут о былом тепле. И где-то в небе журавли летят Навстречу лету, что уже во мгле. Но я не верю, что конец всему: Ведь в каждом увяданье есть ростки. И я цветок на счастье сорву, Чтоб сохранить весны твоей куски.

Прощание с весной Весна уходит тихо, не спеша, Оставив в память зелень и цветы. Ещё в груди трепещет та душа, Что жаждала весенней красоты. Уж отцвели сирень и тополя, И соловьи умолкли до поры. Лишь пылью покрывается земля Под натиском палящей детворы. Как будто кто-то выключил ручей, Что звонко пел под окнами в апреле. И стало в мире как-то холодней, Хотя на градуснике — карусели. Но мы запомним этот дивный май, Где каждый день был полон новизны. Ты, весна, прощай, но не скучай: Мы встретимся с тобою средь весны.

Родные берега Не забывай родимые края: Где дуб посажен, там он вырастает. Дом новый обретешь, отчизну никогда, Цветок от пересадки засыхает. Как дерево без корня не живёт, Так человек без родины — калека. Чужбина хлебом горьким подаёт, А дома ждёт всегда и ждёт калека. Ты улетишь за тридевять земель, Но сердце будет рваться в край знакомый. Там, где зима метёт и стынет ель, Твой дом остался, твой порог и кома. Не верь, что можно всё начать с нуля, Сменив страну, как старую одежду. В крови у нас — озёра и поля, И это не порвать, как и надежду. Так помни, где твой первый в жизни вздох, Где мать качала и отец учил. Родной язык — не просто слогов вздох, Он душу лечит, он тебя лечил.

Корни Не забывай родимые края: Где дуб посажен, там он вырастает. Дом новый обретешь, отчизну никогда, Цветок от пересадки засыхает. Здесь каждый камень помнит твой порог, И ветер шепчет имена знакомых. Чужая речь — как сбившийся поток, А в отчем доме — тишина и кома. Не вырвешь сердце из груди своей, Как ни старайся, как ни рви на части. Земля отцов всего тебя сильней, И в ней твоя и боль, и страсть, и счастье. Вернись хоть мыслью в детства светлый сад, Где яблони роняют цвет на плечи. Там каждый лист — как драгоценный клад, И нет на свете ближе, ближе, легче. Так помни: где бы ни был ты в пути, Начало есть у каждого начала. Родной очаг — его не обойти, И память — то, что нас не покидало.

Лучшим кумовьям Анжелика и Дима, сегодня ваш день, Свадьба играет, сияет везде. Вы — не просто супруги, вы — наша родня, Крестили Эвелину, спасибо вдвойне. Мы помним тот день, как держали дитя, С любовью и верой в руках у купели. С тех пор вы — опора, подмога, друзья, Дороже таких кумовьев не имели. Желаем вам счастья, чтоб дом был полон Ребячьим смехом и детским теплом. Чтоб каждый ваш день был любовью согрет, И чтоб не смолкал в вашем сердце псалом. Благополучия, мира, добра, Пусть сбудутся все заветные планы. Чтоб вместе шагали вы сквозь года, И были друг другу всегда-всегда рады. Крестница наша вас обожает, Шлёт поздравленья и чмок в интернет. «Вы лучшие!» — громко она повторяет, И шлёт вам свой детский, но искренний свет.

Кумам с любовью Анжелика, Дима, вы — родные, В день свадьбы поздравляем вас! Вы — кумовья нам золотые, Спасибо, что вы есть у нас. Эвелину крестили вы когда-то, Дочь нашу в сердце приняли. Теперь мы — словно брат и брату, Друг друга крепко обняли. Желаем вам любви и счастья, Пусть дом ваш полон детворы. Пусть обойдут вас все ненастья, И пусть сбываются мечты. Благополучия и мира, Достатка, радости, тепла. Пусть ваша крепкая квартира Всегда уютною была. Крестница вас обнимает нежно, Целует в щечки, говорит: «Вы — самые на свете лучшие, Пусть сердце радостью горит!»

Осенний вечер Снова вечер. Дождь стучит по крыше. За окном — холодный, серый свет. На душе всё тише, злей и выше Боль потерь, которым счета нет. Я не знаю, как дожить до встречи, Что готовит мне судьба во мгле. В мыслях хаос, будто в страшной сече, Пустота и трепет на земле. Надежда тает тонкой, хрупкой нитью, Предчувствие беды сжимает грудь. С кем разделить свой страх, потерь полынь мне? И кто из них — мой друг, а кто — мой враг? Дождь всё плачет, вторя тихой скрипке, И не видно звёзд в ночной тиши. Только слышно, как в пустой калитке Ветер шепчет: «Всё уже реши».

Дождь в душе Вечер. Дождь. И тишина в квартире. Нету сил поднять усталый взгляд. Сердце стонет в этом тёмном мире, Где огни надежды не горят. Пустота в душе — звенящей бездной, Страх грядущего сдавил виски. Я не знаю, как дожить до встречи, Что готовит череда тоски. Предчувствие беды — как острый ножик, Режет душу, не даёт вздохнуть. С кем разделить мне этот горький уголёк? И кто мой враг, и кто — мой верный путь? Мысли в хаосе, как пчелы в улье, Исступленно ищут сладкий мед. Но внутри — лишь страх, да ветер, в платье, Да надежда, что любовь придёт.

Под шум дождя Плачет дождь за тёмными стеклами, В душе — пустота и тоска. Не знаю, как нам до встречи дожить С надеждой, что так далека. Предчувствие беды не уходит, В голове — беспорядок и страх. С кем разделить этот холод в погоде? И кто мой друг? И кто мой враг? Мысли путаются, как нити, Время тянется медленно прочь. Что нас ждёт? Я хочу, чтоб открыли Дверь, что прячет отчаянью ночь. Но дождь всё стучит, не смолкая, Навевая тоску и печаль. И не знаю, где правда, где края, Только сердце уходит вдаль.