Стихи о рефлексии

На перепутье Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. Ад и рай — не точки счёта, А дорога наяву. В каждом дне своя забота, Словно капля на траву. Выбирать нам не по книжке, А по сердцу и уму. Свет и тьма — всего лишь вспышки В этом мире на дому.

Перепутье Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. Сколько раз мы замирали Перед призрачной мечтой, Но в душе всегда звучали Колокольчики зимой. А когда туман рассеет Наши споры и борьбу, Человек прозреть сумеет И увидеть красоту.

Вечная граница Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. И душа летит над бездной, В поисках своей черты. Свет мелькает путеводной Звездой вечной высоты. Не понять земным рассудком Этой вечной борьбы суть. Только сердцу в переулке Позволено свернуть.

Взрослые дети Мы не успели оглянуться даже, Как детство стало прошлым, не вернуть. И возраст наш — уже не тот, что раньше, Но впереди еще длиннейший путь.

Отражение Смотрю на руки — линии судьбы, В них пыль дорог и горечь от борьбы. А время виснет серой пеленой, Внутри всё тот же мальчик, но чужой.

Новая тишина Замедлили, ограничили, обнулили — Закончился быстрый бег. Мы сами себя обманули, Что скорость — навеки ковчег. Теперь тишина на пороге, И слышен свой собственный шаг. Мы выйдем из этой дороги, Когда прояснится во мрак.

Пьеса жизни Мы все актёры на подмостках дней, Сменяя роли — то любовь, то быт. Взгляни в окно, и станет вдруг видней: Там кто-то плачет, кто-то крепко спит. Вот женщина на кухне варит суп, Ей завтра на работу, в ровный строй. А рядом дед с морщинами у губ Листает альбом, вспоминая в бой. Подросток в наушниках гремит, Хихикает над глупым мемом в сеть. Соседка изменила — кто там спит, Опять ей ночью будет голосеть. И мы, скитаясь, смотрим в эти сны, Узнав себя в кусочках бытия. И чувствуем, что все мы созданы Из тех же окон, где живут, любя. А завтра выйдешь ты на этот свет, И чей-то взгляд направится к окну. И в этой пьесе автор — Человек, Что каждый день даёт нам по одному.

До и после Мы все когда-то были пьяны, Качалась лодка на волнах, И кровь играла, в жилах славно, Пока не началась война. Теперь сидим в окопе черном, Считаем птичек в небесах — Не тех, что песню ночью слышим, А тех, что дронами зовут. Где та река, где то веселье? Осталось только в снах живых. Мы пили жизнь, как то зелье, Теперь же пьем лишь горький крик. И каждый день как будто вечность, Война стирает всё подряд. Мы потеряли человечность И видим лишь в прицелах взгляд. Но если выживем, то скажем Тем, кто придет на смену нам: «Не повторяйте, ради Бога, Война не нужна никому».

Вопреки времени Родился не в те времена, не в те поколения, Трупами шёл не нужными мне направлениями. В мыслях моих не пойму откуда такие сомнения, И всё же живу, любя все эти мгновенья. Меняя одно за другим, словно сны и забвенья, Я строю свой мир из обломков и вдохновения. И пусть я чужой в этой эре без сожаления, Я в каждом мгновенье нахожу исцеление.

Зов предков Куда же тянуло отца? Что манило Три поколения вдаль, на излом? И прапрадед, чьё сердце остыло, Рвался вернуться на этот берег с теплом. Они обманывали себя годами, Что в любой момент вернутся домой, К красной земле, что приняла бы их самих, Приютила, согрела бы своей волной. Прадеду, может, ещё куда возвратиться, И дед застал бы живую деревню вдали, Но отцу-то уж некуда — только томиться Той тягой, что гложет его до земли. Зачем он просил заехать, взглянуть на руины? Чувствовал, что деревни давно уже нет? Или знал, но не верил — святые причины Держать в сердце тот призрачный свет. Человеку нужно, чтоб тянуло куда-то, Чтобы вера жила в цветочную реку, Где ему хорошо — святая утрата, Самообман, а не зов к роднику.

Уроки тишины Жизнь научила верить и молчать, не плакать, если очень-очень плохо, на зло таким же злом не отвечать и счастье собирать свое по крохам. Быть сдержанной, когда открыто врут, не принимать немедленных решений и радоваться солнцу по утру, прося беречь от глупых заблуждений. Учила не бояться тишины, в ней находить ответы на вопросы, и не искать ничьей другой вины, когда внутри бушуют папиросы. Она дала мне силу быть собой, не примеряя чуждые одежды, и научила спорить с пустотой, хранить надежду, даже без надежды. И вот стою у края бытия, смотрю на пройденный маршрут без страха. Спасибо, жизнь, что ты — это не я, а мной написанная с чистым листом бумага.

Полутона Мы в ссоре молчим, но в глазах — диалог, Обида и нежность в одном колесе. Ты держишь обиду, как белый флажок, А я всё гадаю: «Зачем?» и «Зачем?». То вместе, то порознь — как день и как ночь, То нежность, то холод, то снова тепло. Попробуй хоть что-то друг другу помочь, Пока это всё не ушло, не ушло. Мы — сложный узор из сомнений и встреч, Где каждый боится шагнуть в пустоту. Но стоит лишь руки друг другу беречь — И лабиринт превратится в мечту.

Забыв покой В плену у собственного эго, И каждый в чём-то виноват. Мы раним словом невпопад, Не слышим крика чьей-то боли.

В плену Играя выбранные роли, Мы раним словом невпопад. В плену у собственного эго, Бежим вперёд, забыв покой.

Эго Бежим вперёд, забыв покой, В плену у собственного эго. И каждый в чём-то виноват, Играя выбранные роли.

Роли Мы раним словом невпопад, Не слышим крика чьей-то боли. И каждый в чём-то виноват, Играя выбранные роли.

Сомнительный адресат Серость на небесах, блики на образах, Я в четырех стенах, где-то на этажах. За окнами жизнь кипит, люди куда-то спешат. Ты среди этих плит, сомнительный адресат. Почему ты выбран мной в этой серой мгле? Может, ты — отраженье моей же боли в стекле? Город шумит, как фон, для нашего молчанья, Где нет ни встреч, ни расставанья — одно существованье.